1. Вызывают сомнения положения абз. 3 пункта 6 проекта Постановления, где дается толкование ч.1 ст. 356, ч.2 ст. 375 УПК РФ, согласно которому указанные нормы закона, якобы, устанавливают пресекательный срок – 10 суток, со дня вручения копии приговора, – в течение которого осужденным может быть заявлено ходатайство об участии в заседаниях суда кассационной инстанции. В контексте такого толкования. по истечении 10-дневного срока заявление указанных ходатайств недопустимо.

Представляется, что предлагаемый подход к толкованию указанных норм УПК РФ создает угрозу нарушения права осужденного на участие в заседании суда кассационной инстанции.

Согласно ч.2 ст. 375 УПК РФ, осужденный вправе заявить ходатайство о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, «об этом указывается в его кассационной жалобе». Однако приведенная норма закона не устанавливает никакого ограничения срока , в течение которого это ходатайство может быть заявлено осужденным. Наличие в данной норме УПК РФ положения о том, что «об этом указывается в его кассационной жалобе», не создает ограничения сроков заявления такого ходатайства, поскольку, согласно ч.4 ст. 359 УПК РФ, осужденный вправе подать любое количество дополнительных кассационных жалоб, в любой из которых он может указать о своем желании быть лично выслушанным в суде кассационной инстанции.

Тем более, что положения статьи 375 УПК РФ (в т.ч. и части второй этой статьи) распространяются не только на первоначально подаваемую кассационную жалобу, но и на любую другую дополнительную кассационную жалобу осужденного.

Отсутствие в законе запрета на заявление указанного ходатайства осужденным за рамками десятидневного срока со дня вручения копии приговора означает, что осужденный вправе заявить такое ходатайство в любое время, поскольку он вправе использовать любое средство защиты, не запрещенное УПК РФ (п. 21 ч.4 ст. 47 УПК РФ).

2. Представляются спорными положения абз.4 пункта 6 проекта Постановления, поскольку они предусматривают возможность вынесения судом кассационной инстанции решения об отказе в удовлетворении ходатайства осужденного относительно его участия в судебном заседании, основанное лишь на усмотрении суда.

Проект исходит из того, что у суда кассационной инстанции имеются дискреционные полномочия на решение вопроса об участии осужденного в судебном заседании, вследствие чего эти вопросы могут решаться исключительно по усмотрению суда, с обеспечением осужденному минимальных процессуальных гарантий (письменное изложение своей позиции).

Такой подход, на наш взгляд, противоречит закону.

Во-первых, УПК РФ содержит указания на случаи, когда отказ в допуске осужденного на заседание суда второй инстанции невозможен вообще. Так, согласно ч.3 ст. 376 УПК РФ, «явившийся в судебное заседание осужденный… допускается к участию в нем во всех случаях».

Во-вторых, статья 376 УПК РФ, на наш взгляд, не предоставляет суду кассационной инстанции права отказать осужденному в удовлетворении его ходатайства об участии в судебном заседании суда второй инстанции.

Так, в части второй указанной статьи говорится, что «вопрос о вызове осужденного, содержащегося под стражей, решается судом». Однако анализ других положений этой части статьи 376 УПК РФ убеждает в том, что она посвящена лишь формам уведомления участников процесса о предстоящем заседании суда, а не решению вопроса об их допуске на это заседание.

В третьей части указанной статьи говорится лишь о решении судом второй инстанции вопроса о форме участия осужденного в судебном заседании, причем речь идет об одной из двух таких форм – личной явке и видео-конференц связи. Никакой третьей, «письменной» формы участия осужденного в заседании суда второй инстанции эта норма УПК РФ не предусматривает.

В- третьих, право осужденного на участие в заседаниях суда второй инстанции закреплено в п.16 ч.4 ст. 47 УПК РФ и оно не сопровождается оговоркой – «с разрешения суда второй инстанции».

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что, согласно ст. 376 УПК РФ, единственным основанием рассмотрения судом кассационной инстанции жалобы или представления в отсутствии осужденного, является отказ от заявления им соответствующего ходатайства, а вовсе не усмотрение суда второй инстанции, который может посчитать такое участие нецелесообразным в большинстве случаев.

3. Положение пункта 8 Постановления, на наш взгляд, нуждается в дополнении. Можно полностью согласиться с положением Проекта о том, что адвокат «осуществляющий защиту по соглашению, вправе самостоятельно подать кассационную жалобу или дополнения к жалобе осужденного вне зависимости от того принимал он участие в суде первой инстанции или нет».

Однако данное положение нуждается в следующем дополнении: «На дополнения к жалобе осужденного, подаваемые защитником, вступившим в дело на стадии производства в суде второй инстанции, не распространяются положения статей 356, 357 УПК РФ».

Подача осужденным жалобы в срок указанный в ч.1 ст. 356 УПК РФ приводит этот срок к утрате юридической значимости, он теряет актуальность, поскольку процессуальное действие выполнено до его истечения. Следовательно, этот срок не может применяться в дальнейшем к любым дополнениям жалобы осужденного, даже если эти дополнения, поданы защитником, вступившим в процесс уже на стадии производства в суде второй инстанции.

4. Пункты 10-11 проекта Постановления, по сути, реанимируют давно ликвидированный институт возвращения дела «на дополнительное расследование» из суда второй инстанции.

В пункте 10 проекта Постановления содержится разъяснение, согласно которому суд апелляционной инстанции вправе принять решение, помимо указанных в части 3 ст. 367 УПК РФ, об отмене приговора мирового судьи и возвращения дела прокурору

В пункте 11 проекта Постановления такое же право предоставляется суду кассационной инстанции.

Предлагаемое толкование противоречит буквальному содержанию части 3 ст. 367 УПК РФ, ч.1 ст. 378 УПК РФ, следовательно, судебные решения, вынесенные согласно данной рекомендации, изначально будут являться незаконными и подлежащими отмене в надзорном порядке.

Невозможно согласиться с самой концепцией этого предложения, которая отвергает одну из самых существенных новелл нового УПК РФ. Представляется, что суд второй инстанции может самостоятельно дать надлежащую оценку нарушениям прав обвиняемого на стадии предварительного расследования, признав соответствующие доказательства недопустимыми.

Предлагаемое толкование противоречит и позициям Конституционного Суда РФ по указанному вопросу.

Так в определение Конституционного Суда РФ от 25 декабря 2003 г. № 500-О об отказе в принятии к рассмотрению запроса Советского районного суда г. Челябинска о проверке конституционности ч. 3 ст. 367 УПК РФ отмечалось: «В силу особенностей процессуального статуса апелляционного суда он не только выполняет контрольные функции по отношению к решениям мирового судьи, но и разрешает уголовное дело по существу, руководствуясь правилами, установленными законом для производства в суде первой инстанции. С учетом этого Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (статья 367), определяя виды решений, принимаемых по результатам рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, не указывает в их числе решение об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а предоставляет суду апелляционной инстанции возможность самому исправить любые ошибки и нарушения, допущенные нижестоящим судом»

Доцент /Насонов С.А./