А.В. Панченко. Если позволите, коль у нас формат семинара, было бы неплохо вас услышать, но коль председательствующий сказал, что вы только в форме записок будете к нам обращаться, наверняка уже были записки к моему коллеге из налоговой службы…

М.Ф. Полякова. Анатолий Васильевич, я думаю, что препятствий нет, если так удобнее построить нашу работу. Я просто просила не перебивать, когда Вы выступаете, а по завершении выступлений, конечно, можно организовать обсуждение.

А.В. Панченко. В глубокой молодости, когда я еще учился, был семинар по уголовному праву, и я со знанием дела говорил, что эта отрасль скоро отомрет. Меня слушали, слушали, а потом спрашивают: «Анатолий Васильевич, как же это произойдет? Я понимаю, что мы забьем уголовников, а вот несчастные случаи – как же без уголовного права? Административное, что ли, штраф?» Да, погорячился.
В любом случае, так или иначе, правильно или неправильно мы мыслим, но, по крайней мере, услышать ваши суждения, чтобы вас правильно сориентировать, помочь, а может быть, и самим еще поучиться, потому что иногда стереотипы нашего брата тоже мучают, как-никак.

Д.А. Краюхин. Краюхин Дмитрий Александрович, Институт общественных проблем «Единая Европа», город Орел. В 2004 году наша организация находилась в ситуации конфликта, наша деятельность была незаконно приостановлена. Нам пришлось судиться полгода с органами юстиции, дошли до Верховного суда, было принято решение в нашу пользу, но, в принципе, на мой взгляд, незаконность и необоснованность были очевидны с первого момента.
Скажите, пожалуйста, почему в органах юстиции в подобных ситуациях никто не несет персональной ответственности? Сейчас мы судимся, взыскиваем судебные расходы с Российской Федерации, но почему эти расходы не взыскиваются персонально с виновных людей?

А.В. Панченко. Что касается персоналий, то, наверное, Вы понимаете, что какого бы ранга ни был чиновник, это не его персональное решение, это решение органа. Ну, можно говорить, что коллективная безответственность, можно говорить, что коллективная ответственность, мне трудно судить по Вашему примеру.
Тем не менее, я думаю, что здесь не надо апеллировать к персоналиям. Вы взрослые люди и должны понимать, что ни один чиновник не действует самостоятельно. Более того, это на ваш взгляд кажется, что вы кристально чисты, но так никогда не бывает. Если очень хотеть, то можно привязаться к любому человеку.
В данном случае, когда ваша работа сопряжена с какими-то особенностями, поэтому бывают и объективные вещи. Вы сознательно взяли на себя это бремя и несете его с честью и достоинством. Я думаю, что ничего страшного, перемелется – мука будет, и я с уважением отношусь к людям, которые борются за идею. Я никогда не уходил из компартии, хотя никто меня в нее не загонял. Я уважаю людей с убеждениями, неважно какими, поэтому, если вы отстаиваете убеждения, то честь вам и хвала, а остальное не должно иметь значения, как мне кажется.

Э.З. Фельдштейн. Фельдштейн Эмма Захаровна, Дзержинский правозащитный центр. Вы упомянули ТСЖ. Я по роду деятельности занимаюсь в том числе поддержкой, помощью, консультированием ТСЖ, и там просто тьма вопросов, и, прежде всего, просто негде консультироваться. Местная налоговая служба, я считаю, никакая.
Где и как консультироваться? В Жилищном кодексе нет внятной правовой формы, просто НПО или НКО, и дальше тьма. Как быть в этой ситуации, куда обращаться, в какой форме?

А.В. Панченко. Я попытаюсь вам показать некоторый вектор. По закону о некоммерческих организациях всё, что под него подпадает, а это те организационно-правовые формы, которые в нем указаны, и те федеральные законы, где есть слово «некоммерческая организация»… В данном случае, например, ТСЖ является некоммерческой организацией – значит, применяйте к нему законы некоммерческой организации.
Все эти организации по этим организационно-правовым формам регистрируются территориальными органами Росрегистрации только на территориях, и не налоговыми органами, а органами Росрегистрации.
Следовательно, в Орле, в Курске, в Краснодаре – в любом областном центре работает управление – главное управление или территориальное управление Федеральной регистрационной службы. Более того, в рамках реализации 18-го закона некоторые территории при наличии большого количества некоммерческих организаций сделали даже обособленное подразделение по приему документов.
Например, я знаю, что такие обособленные подразделения есть в Краснодаре, в Липецке. Честно говоря, не готов ответить, в скольких есть, но из 77 субъектов в двух третях точно есть. Москва и Московская область – точно есть, но это для того, чтобы сдать документы. Кстати, если прийти туда, то можно даже и посоветоваться. Я еще раз говорю, что мы не консультируем, но без протокола совет всегда дадим.
Нас очень беспокоит ТСЖ, и вы правильно подняли вопрос. Прежде чем регистрировать что-либо, конечно же, прежде всего надо посоветоваться. По крайней мере, если совет вам не дают, смею вас заверить, никогда не зарегистрируют просто так.
Я же знаю, там голосуют метры – не количество, а метры, так что по метрам у нас серьезный подход. До тех пор пока не докажете количество этих метров, никто никого не зарегистрирует.

Э.З. Фельдштейн. Дело в том, что главные нарушители закона – представители органа местного самоуправления. Я часто с этим сталкиваюсь, и те формы, которые они предлагают, те подходы вообще не вписываются ни в какие нормы, но они критики не слушают.

А.В. Панченко. Смею вас заверить, уважаемые господа и коллеги, не волнуйтесь, все предупреждены. По крайней мере, если у вас будут зарегистрированы с нарушением, на ваш взгляд, обжалуйте эти решения в Федеральную регистрационную службу, и мы примем все необходимые меры.
Еще раз говорю, что мы обращаем внимание на регистрацию, особенно на регистрацию подобным образом… ТСЖ для нас – особенное… Кстати, хочу сказать, что садовые товарищества для нас тоже особенное. Дело в том, что под садовые товарищества иногда получают целевую землю, а потом используют ее на нецелевые расходы, строят дачи или продают участки, хотя раньше они получали ее под фермерское хозяйство.
А потом неким образом получается, что из некоммерческой организации получается садовое товарищество: было раньше фермерское хозяйство, а теперь садовое товарищество. Очень интересно, а когда выясняешь, каким образом, то слышишь, что все участки были куплены у этого фермера. А где этот фермер, никто не знает, уже на Багамах отдыхает.
Так что и садовые товарищества, и ТСЖ заслуживают нашего пристального внимания, не волнуйтесь. Тем не менее, если у вас будут жалобы, замечания, предложения, обращайтесь в Федеральную регистрационную службу как по ТСЖ, так и по всем некоммерческим организациям, которые регистрируются нашими территориальными органами.
Если общественные регистрируются: местные, региональные, межрегиональные на территориях и общероссийские – у нас какой-то общий след есть, но с «некоммерцией» у нас только учет, реестр…
Мы сейчас заводим электронный учет, в том числе. Кстати, я надеюсь, что в ближайшие полгода у нас будет налажена система контрольного учета, и мы будем. если не с подобием… (нам еще далеко до налоговой службы, всё-таки у них единый государственный реестр юридических лиц, а у нас внутриведомственный учет), так что я надеюсь, что мы тоже будем следить за ситуацией. Без вас, конечно, сейчас – никуда. Только по вашим сигналам, так что будем вам признательны.

В.В. Постников. Постников, Тюменское региональное отделение Движения за права человека. Хотел поделиться опытом. Мы попытались создать экспертно-правовое общественное объединение и, чтобы сэкономить деньги, два юридических лица и два физических лица стали его учредителями.
Мы несколько раз консультировались (хотя мне не нравится это слово), обсуждали эти вопросы, потратили огромные деньги (как будто мы получаем прибыль), заплатили две тысячи, подали, и нам отказали (никто не угадает почему) потому, что представитель общественной организации был наделен правом голосовать на учредительном собрании, и он же как физическое лицо вошел.
Два раза не может. А если человек двумя акциями обладает, может? А если квадратными метрами обладает, может? Да, может, а здесь не может. Основания? Ну, мы так считаем. Вы же юристы, почему вы так считаете? Почему не может? Нет, вам надо было других представителей. Что это вы меня учите, мы сами знаем, сколько нам надо представителей.
Одним словом, мы в устной форме это всё обжаловали. Естественно, будем требовать дисциплинарного наказания; естественно, «выбросим» в СМИ, что это произошло только потому, что я кому-то несимпатичен. Здесь идет совершенный произвол, хотя я заметил, что по другим вопросам регистрационная территориальная служба готова сотрудничать с нами в том же ТСЖ, в преследовании незаконного массового создания этих ТСЖ.

А.В. Панченко. Спасибо Вам за критику. Дело в том, что я не знаю, как Вы воспринимаете себя, как Вы себя позиционируете, но для меня правозащитник – это в широком смысле, и не надо заужать себя. Если правозащитник только в правах граждан в какой-то области, в какой-то части, а я считаю, что взялся за гуж, не говори, что не дюж.
Не будем ударяться в теорию государственного права, есть естественное право, но есть и писаное право. Поэтому я согласен с вами полностью. Если писаное право нарушается, мы будем благодарны за помощь, за поддержку, если у вас будут сигналы с территории, то мы будем рассматривать их с полной серьезностью.
Еще раз говорю, что у нас создано сейчас управление, я не могу говорить от имени нашего управления, но, тем не менее, так или иначе, прямо или косвенно, мы будем принимать участие и принимаем участие, ибо мы Управление по регистрации.
Стало быть, все вопросы регистрации и вообще методика, так или иначе, будут проходить через нас. Хотя функции поделены, тем не менее, это единый коллектив, мы всегда работаем в комплексе. Мы признательны вам за критику, а также благодарны за помощь, которую вы готовы оказывать нам. Я думаю, что у нас будет достаточно хорошее сотрудничество.

В.А. Шаклеин. Шаклеин, Екатеринбург, Межрегиональный центр прав человека. Поднимаются чрезвычайно актуальные вопросы. Мы сумели зарегистрироваться довольно быстро 10 лет назад. Позднее организации такого типа стало намного сложнее регистрировать – я мог бы назвать объединение «Возрождение», и особенно трудно оказалось зарегистрировать международную организацию типа «Сутяжника» и т.д., инвалидные организации. Вот механизм обжалования… Потому что произвол в этом плане просто потрясающий при регистрации и оформлении документов.

А.В. Панченко. Хотел бы даже, если позволите, извиниться за своих коллег. Я хочу напомнить, что я не так давно в системе Росрегистрации, а именно общественных, религиозных и некоммерческих организаций, и до этого относился к этой теме легко.
На самом деле, тема очень серьезная. Она близка к регистрации прав недвижимости, где-то даже сложней, очень много нюансов. Не буду стесняться, признаюсь вам, что у нас недостаточное количество подготовленных кадров в этой части, мы учимся, что называемся, «с колес».
Безусловно, существует недостаточная квалифицированность некоторых наших специалистов, что допускает наличие таких споров. Тем не менее, когда из двух спорящих один является разумным человеком, с пониманием вещей, то до драки никогда не дойдет (я имею в виду до суда, в данном случае).
Когда одно лицо со своими амбициями, а второе с непониманием, то, как правило, рождается суд, хотя суд, как вы заметили, не всегда правильный. Сколько я ни был в судах, всегда выходит одно лицо, недовольное решением суда. Так что, так или иначе, как бы мы ни уповали на суд, в суде тоже есть проигравшая сторона.
Так что я призываю всегда к консенсусу, не оголять шашку наголо и идти в атаку. Если где-то есть проблема, мы ее решим, смею вас заверить, но наши сотрудники тоже могут ошибаться, они тоже живые люди.
Я с категорией правозащитников общался много раз, и я хочу сказать, что у вас обостренное чувство социальной справедливости, и вы воспринимаете любое непонимание по-другому, чем обычный человек. Вы должны тоже понимать нашу психологию так, как мы понимаем вашу психологию.
Я думаю, что мы всегда найдем компромисс или правильное решение, не нужно доводить дело до суда, потому что это лишняя трата денег и времени. У нас нет никакой предвзятости к правозащитникам, и откуда это родилось, тоже не знаю. Скорее всего, недопонимание, мне так кажется.

Вопрос. **.

Панченко. Запишите, пожалуйста. Приемная Управления по делам политическим партий, регистрации общественных, религиозных и иных организаций – 606-03-15, это же и факс.

Теперь я дам ответы на записки. «Можно ли сейчас регистрировать общественную организацию на домашнем адресе?» Нет, ни сейчас, ни раньше.

Д.А. Краюхин. Решением Верховного суда от 13 августа 2004 года по жалобе Института общественных проблем на действия Управления Министерства юстиции по Орловской области (это кассационная инстанция) было установлено, что для отдельных категорий, в частности для благотворительных организаций, это разрешено.

А.В. Панченко. Видите, я хочу сказать, что если и дальше комментировать эту часть, она, что называется, необъемная. Вообще-то у нас регистрируются не по юридическому адресу, а у нас вообще предоставляется адрес местонахождения руководящего органа, если быть точнее.

По нашему глубокому убеждению, адрес и местонахождение руководящего органа – это, конечно, место нежилое. Как вы заметили, суд правильно сделал исключение в данном исключении.

Д.А. Краюхин. Если не ошибаюсь, статья 13 Закона о благотворительности и благотворительной деятельности.

А.В. Панченко. Наверное, вы лучше меня знаете статью. Могу только согласиться с этой законодательной позицией, и я ее поддерживаю. Если мы что-то упускаем, то будем очень признательны, если вы нам подскажете. В принципе, мы считаем, принципиально важно, чтобы все руководящие органы некоммерческих, общественных и политических партий находились в нежилых помещениях.

А.В. Котова. Я хотела дополнить по этому вопросу, поскольку аналогичный вопрос поступил и ко мне. Действительно, ИФНС России в том числе придерживается того мнения, что размещение организации в жилых помещениях, т.е. государственная регистрации каких-либо организаций в жилых помещениях, в принципе, не допускается.
Мы основываемся на том, что законодательство о государственной регистрации состоит из Гражданского кодекса, 129-го закона и принимаемых в соответствии с ними законодательных и нормативных актов.
В том случае, если при определении адреса местонахождения юридического лица возникают какие-либо вопросы, очень часто представители организаций обращаются к Жилищному кодексу, и мы говорим о том, что Жилищный кодекс не относится к законодательству о государственной регистрации, поэтому ссылка на него не совсем корректна.
Более того, на нашей прошлой встрече тоже возникал такой вопрос. В частности, я говорила, что Гражданский кодекс содержит положение о том, что размещение собственником в жилом помещении организаций, учреждений либо производств допускается столько в том случае, если такое помещение будет переведено в нежилое. Вы знаете, что перевод жилого помещения в нежилое – это достаточно сложный, трудоемкий процесс, который занимает очень много времени.
Поэтому в случае, если закон об отдельной организационно-правовой форме, некоммерческой организации, делает исключение из этого правила, нужно учитывать то, что решение о государственной регистрации принимает орган Росрегистрации.
В случае, если по адресу жилого помещения какая-либо организация, по мнению органа Росрегистрации, может быть зарегистрирована, если на это есть законные основания, т.е. исключения из правил Гражданского кодекса, я думаю, что Федеральная налоговая служба не будет чинить каких-либо препятствий для такой регистрации.

М.Ф. Полякова. Если организация уже зарегистрирована по домашнему адресу, но местонахождение управляющего органа в другом месте, не в жилом доме, и о месте нахождения ежегодно организация сообщает в соответствующие органы (МНС, регистрационные), как сейчас она должна отреагировать на эту ситуацию?

А.В. Котова. Дело в том, что вопрос смены адреса местонахождения юридического лица практически не менялся, т.е. особых изменений не претерпел. Действительно, 129-й закон, в соответствии с которым осуществляется государственная регистрация, в том числе некоммерческих организаций с учетом особого порядка, говорит о том, что в случае изменения сведений, которые содержатся в реестре, юридическое лицо обязано представить эти сведения в регистрирующий налоговый орган.
Обычно сведения об адресе и местонахождении юридического лица в большинстве случаев, следуя требованиям Гражданского кодекса, содержатся в учредительных документах. Таким образом, смена сведений об адресе и местонахождении юридического лица будет производиться путем представления заявления для внесения изменений в сведения учредительных документов.
Если организация была изначально зарегистрирована по адресу жилого помещения и в течение года, как вы говорите, регулярно переезжает…

М.Ф. Полякова. Не регулярно переезжает, а управляющий орган находится по другому адресу.

А.В. Котова. Если орган юридического лица либо лицо, имеющее право действовать без доверенности, находится по адресу, отличному от адреса, содержащегося в реестре, об этом нужно представить сведения, т.е. каждое изменение адреса руководящего органа должно сопровождаться представлением соответствующих сведений.

М.Ф. Полякова. Т.е. аннулируете домашний адрес?

А.В. Котова. Что значит «аннулируете»? Происходит изменение сведений реестра. Если в Едином государственном реестре юридических лиц содержались сведения, что, грубо говоря, данное юридическое лицо находится по адресу: Улица Оловянная, дом 10, квартира 3, – то при изменении этих сведений на этом месте будет стоять другой адрес.

Е.П. Славинская. Елена Петровна Славинская, Ярославская область, фонд «Соотечественники». Общественные организации (и их большое количество), никто не будет отрицать, вносят большой вклад своей работой, они помогают людям. Например, у нас с 1992 года работает общественная приемная, мы бесплатно даем юридические консультации, отчитываясь перед органом, который нас зарегистрировал, что мы существуем, что мы работаем.
Но теперь мы должны сдавать еще и финансовые отчеты. Мне непонятно, как это так? Из бюджета нас не финансируют, а отчитываться мы должны. Это всё равно, что я любого из вас спрошу, какой у вас семейный бюджет и как вы его тратите, хотя я ни копейки вам для семейного бюджета не дала.
Ну, это не самое страшное, отчитаться мы можем, хотя мы работаем в основном волонтерами, от бюджета ничего не получая. В то же время меня интересует, почему создается громадная армия чиновников, которые будут получать деньги из бюджета, и не только зарплату, но и на обустройство офисов для того, чтобы проверять наши отчеты, в которых будет указано «не получали, не тратили, мы только работаем волонтерами».
А бумаги эти будут идти, а отчет тут немаленький. Даже если вы получили какое-то оборудование, извольте сообщить, как вы его используете. Я не знаю, корректно ли со стороны государства тратить финансовые средства на создание новой громадной армии чиновников, а мы, работая волонтерами, должны отчитываться, как мы работаем. Кому это нужно, и для чего это нужно?

М.Ф. Полякова. Это очень правильное замечание, но этот вопрос адресован к законодателю. Надо сказать, что еще на этапе законопроекта мы активно протестовали против его принятия в целом, но в целом мы не могли его отвергнуть, не от нас зависело. Кстати, Элла Александровна Памфилова сыграла самую большую роль в том, что нам удалось скорректировать хотя бы наихудшие положения этого документа.
Сейчас по предложению правительства и Министерства юстиции создается рабочая группа, которая будет разрабатывать рекомендации. Мы приглашаем всех принять участие в этой работе. Наши электронные адреса и контактные данные всем известны, поэтому будем очень рады, если вы будете говорить нам о тех проблемах, которые у вас возникли, и если у вас есть предложения к рекомендациям по исполнению, которые должны соотноситься с нашими правовыми представлениями, просьба направлять их в нашу организацию.

Д.А. Краюхин. Законодательством предусмотрено указание в уставе некоммерческой организации, в частности общественной организации, местонахождения руководящего органа. Термин «местонахождение», на мой взгляд, недостаточно ясен.
Почему? Дело в том, что в том же самом постановлении правительства, которое нам раздали сейчас, в приложении № 2 имеется заявление о внесении в единый государственный реестр сведений, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, в частности сведений об адресе местонахождения некоммерческой организации, причем в примечании сказано: «В случае отсутствия данных сведений в учредительных документах».
Иными словами, постановление правительства предусматривает, что точного адреса не будет. Наверное, это в чем-то и правильно, потому что в противном случае переезд из комнаты в комнату влечет за собой перерегистрацию устава.
Хотелось бы выслушать Вашу позицию, возможно ли указание, скажем, в уставах государственных структур, которые есть в нормативно-правовых базах, скажем, местонахождения «город Москва», или «город Орел», или «город Урюпинск», без указания точного адреса, номера квартиры или номера комнаты?

А.В. Панченко. Я не уловил последнюю часть. Поподробнее, что возможно?

Д.А. Краюхин. На ваш взгляд, возможно ли внесение указания в уставе не «город Урюпинск, улица имени Владимира Путина, дом 4, комната 8», а просто «город Урюпинск»?

А.В. Панченко. Дело в том, что в каждом конкретном законе, если посмотреть закон, есть необходимые требования к реквизитам. Например, к юридическим лицам есть обязательное требование указания учредителей.
В данном случае я считаю, что если вы регистрируете свою штаб-квартиру в городе Урюпинске, то вы связаны с этим городом Урюпинском на всю оставшуюся жизнь, ибо, если вы регистрируете общероссийскую организацию, зафиксировали себе город Урюпинск, формально вы можете открыть офис в городе Краснодаре, но так получается, что вы себя уже зафиксировали городом Урюпинском.
Если закон не очень жестко обозначает местонахождение или адрес, я считаю, что это допустимые вещи, потому что намеренно, когда участвовали в подготовке той части, которая зачитана в редакции постановления, в том числе и законопроект, который мы смотрели, мы считаем из практики, что общественные организации – это самые подвижные организации, и если жестко фиксировать их адрес в учредительных документах, то это будет страшным делом (это большие расходы, время).
Вы, наверное, обратили внимание, что закон предусматривает уведомлять нас в трехдневный срок о вашем передвижении. На самом деле, мы и к этому относимся очень либерально. Самое страшное наказание для вас – когда вы обнаружим, что вы поменяли свой адрес, мы выдадим вам предупреждение, а вы тут же представите сведения о внесении изменений в реестр.
Предупреждение – это максимум, что вам грозит. Конечно же, даже если насобираем таких предупреждений три за год, мы никогда не пойдем в суд, потому что это совершенно бесперспективно. Я признаю сразу, что это та лазейка, которую вы можете нарушать, сколько вам угодно, но формально мы к этому относимся очень либерально, ибо понимаем, что невозможно в наших современных условиях быть уверенным в завтра.
Вы же, как правило, снимаете офисы, или вам предоставляют их безвозмездно, т.е. это всё временно, непостоянно, поэтому мы очень либерально относимся к этим вещам. Более того, даже те жесткие режимы, которые прописаны в законе, мы вам всегда прощаем, но, правда, никогда не упускаем возможности написать вам за это предупреждение, как положено.

М.Ф. Полякова. Я хотела бы сообщить, что к нам присоединился Пастухов Игорь Николаевич, эксперт Независимого экспертно-правового совета, он же адвокат. Игорь Николаевич возглавлял юридическую службу в налоговой полиции, на последнем месте работы он был заместителем начальника Управления МВД по правовым вопросам.

А.В. Панченко. Я прочитаю записку: «Мы отчитываемся ежеквартально перед ФНС, для чего с нас начинают требовать представление информации для органов регистрации?». Здесь уже звучало возмущение по этому поводу – не знаю, честно говоря.
Мы уже начинаем жестко относиться к деятельности общественных объединений в той части… Есть такое положение в 29-й статье, пункт 1, о ежегодном освещении справки своей деятельности и имущества в доступных местах или же информировании о возможности с ними ознакомиться.
Речь идет о том, что законодательство регулирует не только обязанность акционерных обществ информировать о своих доходах и своих балансах, но и для общественных организаций. К сожалению, общественные организации эти вещами злоупотребляют, на мой взгляд.
Зачастую общественность, наше гражданское общество, в том числе, кстати, и я, хотя я не являюсь членом ни одной общественной организации, хотело бы узнать, что там у ним по сусекам. Я думаю, что многим хотелось бы узнать. Более того, закон обязывает их информировать всех или предоставлять возможность ознакомиться с такими вещами.
На прошлой неделе я рассматривал жалобу, сейчас будем доводить ее до конца – у нас в Москве сейчас появилось очень много благотворительных организаций, о которых мы сейчас говорили, которые от нашего московского правительства, очень хорошего правительства, которое достойно позиционирует себя в этой области получили всевозможные блага и помещения…
Так вот, есть такая благотворительная организация, которая получила помещение на совершенно сказочных условиях от московского правительства, безбедно живет за счет ренты с этой территории, используемой коммерсантами, и совершенно забыло о своей благородной деятельности.
Так вот, уважаемые коллеги, как это ни прискорбно для вас или остальных, но в новой редакции 38-й статьи есть положение, что регистрирующие органы имеют право один раз в год проверять финансовую деятельность. Я считаю, что это не есть злоупотребление властью государства, потому что назвался груздем – полезай в кузовок.
Как ни странно, мы не по своей инициативе проверяем вашу деятельность, потому что по своей инициативе у нас никаких сил не хватит. Вот пришла совершенно конкретная жалоба, и когда начали проверять – просто ужасающая ситуация, потому что из 400 квадратных метров, которые были получены от Москвы, офис занимает всего 70 метров, а всё остальное сдается коммерсантам. За это берется хорошая субаренда, и господа не удосужились даже представить документы, куда они эти деньги израсходовали, на какие благие дела (на нищих, на убогих, на своих бывших коллег).
Честно говоря, стыдно, когда к этим красивым молодым людям, заколачивающим большие деньги, обратился ветеран всех войн, каких только возможно, и ему отказали просто в элементарной сумме, сказали: «Нет, дедушка».
Это примитивный пример, который я взял, что называется, с листа, а на самом деле таких вещей очень много. Когда к нам обращаются граждане, мы говорим им идти в суд. Но я думаю, что в суде они никогда толком не соберут необходимый пакет документ для доказательной базы. С другой стороны, мы ругаем чиновников, развелось их, мешают нам работать и между ногами путаются.
На самом деле, хочу вам сказать, по тому количеству жалоб, которое мы получаем, мы понимаем, что в нашем царстве еще далеко не все благополучно. И не будь этого самого чиновника, думаю, тогда бы нашим старичкам… и даже, в общем-то, людям молодым или не очень, которые не в состоянии или не знают, куда еще пойти, куда пожаловаться, им осталось единственное, они знают, что Министерство юстиции вроде правовое ведомство, туда жалобу и направляют. Жалобу направил – попал в точку, что называется. Это я к тому, что не надо пенять, в общем-то, на государственную службу, все-таки, надо пенять, скорее всего, на самих себя, по большей части. Я все-таки считаю, что мы еще не идеальные, и наше общество еще не идеально, так что, к сожалению, нужны сторожа, похоже.

Т.П. Михайлова. Орловская область, Комитет солдатских матерей, Михайлова Татьяна Павловна. Вопрос у меня такой. Анатолий Васильевич сейчас только что говорил, что отчитываться мы должны в финансовом отношении, но ведь мы перед налоговой отчитываемся. А зачем еще и перед юристами? Совершенно непонятно. У нас есть налоговая, куда мы носим свои балансовые, пустые притом. Я продолжу еще, давайте до конца. Это первое.
Второе, мы немножечко, я верну немножко, уже и Анна Викторовна говорила про это, про местонахождения организации и регистрации организации. Это совершенно разные абсолютно понятия. Я скажу про свою организацию. У нас комитет, (я не буду про другие говорить, мичуринцев и прочее), комитет солдатских матерей. Мы начали в 90-е годы, кто-то сначала, кто-то − с 89-го, мы – в 96-ом. До этого мы работали, в общем, по другим каналам как региональные представители, а как организация зарегистрировались в 96-ом. Во-первых, это к тому, что Вы сказали, «ни сегодня по домашнему адресу, ни вчера». Так вот «вчера» все-таки регистрировали, у нас организация зарегистрирована и, кстати, не одна, еще и молодежная организация, так как у меня два сына, они тоже зарегистрированы по домашнему адресу. Мы просто представили справку, и в то время никто не возражал, что да, у нас действительно есть этот дом, частный притом, что мы имеем это жилье. И мы по этому адресу зарегистрировала две организации: комитет солдатских и молодежная организация, тоже правозащитная. И когда мы представляли отчеты, но офис у нас был отдельно, всегда представляли юридический адрес организации и второй – фактический, своего офиса, это было нормально. Я считаю, почему бы и нет? Офис, он меняется, а организация, она зарегистрирована с 96-го, все письма идут именно на домашний адрес, очень удобно.
Еще у меня один вопрос. А вот у нас в Орловской области, например, центральные библиотеки имеют центры правовой информации, и мне совершенно не нужен отдельный офис, я просто веду приемы в центре правовой информации в любой библиотеке области. Т.е. мне офис даже не нужен, а зарегистрирована организация на домашнем адресе, и что мне теперь ее ликвидируют, что ли?

А.В. Панченко. Вообще, для того, чтобы заниматься перепиской, я думаю, в наше продвинутое время можно даже почтовый ящик открыть и будете заниматься перепиской. Все элементарно просто. Но в данном случае вы создали субъект гражданских правоотношений, т.е. юридическое лицо с озвученными целями и задачами. Более того, закон предусматривает к этому организационно-правовую форму. Поэтому я думаю, что при всем при прочем, как вы здесь привели пример, допустим, если бы, что называется, в рабочем варианте, если бы вы принесли документы на регистрацию, и все члены (там у нас достаточно три человека для создания общественной организации) и все учредители, члены одной семьи и более того, живут они в частном доме, я бы, честно говоря, взял бы грех на душу и как бы не увидел. С другой стороны, есть общий, на мой взгляд, единый порядок, в чем мы солидарны с налоговой службой, мы все-таки считаем, что субъект гражданских правовых отношений, это не просто правозащитная организация − это юридическое лицо. Следовательно, когда вы указываете местонахождения руководящего органа, а что такое местонахождения руководящего органа? Так все-таки это местонахождения руководящего органа или адрес для переписки? Это местонахождения руководящего органа. Это где совещания, сборы, конференции, это рабочее место, проще говоря.

Т.П. Михайлова. А рабочее место у нас в центре правовой информации.

А.В. Панченко. В данном случае я совершенно с вами согласен, вы можете вообще проводить свои мероприятия в других местах, но, тем не менее, мы не берем частности, мы берем в общем, в среднем. А в среднем, я считаю все-таки, если даже где-то, что называется, на первом этапе был дуализм, разный подход к этому, то тем не менее, знайте, что сейчас подход один. У вас, по крайней мере, если сейчас еще, как бы сказать, перед вами еще условия не стоят, но, может быть, впоследствии будут стоять. Живете так – ради Бога. Я, собственно, в этом проблем не вижу, я не буду выносить эту тему, что называется, на широкое обсуждение. Тем не менее, знайте, что наша позиция, одна позиция: офисы только в нежилых помещениях.

И.Н. Пастухов. Если можно, я эту тему все-таки закончу, коллеги. Я в вопросе, который задавался, не согласен с коллегой, с Анатолием Васильевичем, из Государственной регистрационной службы. Я хотел бы обратить ваше внимание на пункт второй статьи двадцать четвертой. «Местонахождение юридического лица определяется местом его государственной регистрации». Это Гражданский кодекс, основной документ, касающийся учреждений и организаций. «Государственная регистрация осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа». А дальше мы с вами берем постановление правительства, страницу 01 формы РН 0001 и в пункте 2, который так и называется «Адрес, местонахождение некоммерческой организации», обнаруживаем, что в графе 2.3.9. указана именно квартира и только в скобках офис. Квартира в качестве адреса постоянно действующего органа юридического лица. Я как юрист могу только констатировать, что правительство, читая закон, обнаружило указание в качестве адреса юридического лица квартиры, т.е. явно жилого помещения, поскольку если она переведена в нежилое, то она уже не квартира. Это нежилое помещение. Квартира – это понятие жилищного права, это только жилое помещение. Так вот, получается, в пункте 2.3.9. (и, можете обратить внимание, что это форма повторяется во всех других формах, а речь идет о заявлении, о государственной регистрации. Тот бланк, который я имею в виду) именно правительство пишет, что может быть в квартире.

А.В. Панченко. Я прокомментирую, если позволите. Дело в том, что это форма общая, и она не может писаться для одних отдельно, для других отдельно. Здесь уже уважаемый коллега сказал, что в соответствии с законом «О благотворительной деятельности» благотворительная организация имеет право регистрироваться в квартирах, поэтому, если имеет по закону регистрироваться на квартире, они указывают квартиру. Все остальные, извините меня, нет.

И.Н. Пастухов. Все-таки, тем не менее, я как юрист настаиваю на чтении Закона, свидетельствующего о том, что все-таки адрес в состав учредительных документов вообще не обязательно включать, здесь я поддерживаю предшествующего выступающего. Есть понятие «местонахождение». Местонахождение определяется местом государственной регистрации, а место государственной регистрации – это субъект Российской Федерации, именно поэтому такое положение как местонахождение указывается для государственных учреждений. Посмотрите «Положение о государственных органах и учреждениях». Речь идет о другом, что есть местонахождение, которое может быть просто город Москва, а есть адрес нахождения постоянно действующего органа, который может быть в конкретном адресе, в данном случае, я полагаю, это в квартире может быть. По крайней мере, в Постановлении правительства, комментирующем эти формы, никаких указаний на то, что квартира только для узкого круга каких-то организаций, не содержится.